• 5

4.2. Религиозное сознание

 

На определенных этапах исторического развития в качестве наиболее массовидной формы общественного сознания выступает религия. Уже по Фейербаху корень религиозных представлений следует искать в реальных условиях жизни людей и в их своеобразном преломлении в сознании; религия рассекает мир человека надвое, наряду с действительным возникает мир фантастический, господствующий над первым [1]. Это определение вполне может быть принято в качестве рабочего определения религии. В нем в сжатом виде зафиксированы и социальные корни религии, и главный признак религиозного сознания - вера в сверхъестественное. Эта вера на разных стадиях исторического развития религии принимала различные конкретные формы: обожествление животных и сил природы в условиях первобытного общества и антропоморфные религии с переходом к классовому обществу. Религия включает в себя три основных элемента: 1) представления (мифологический элемент); 2) религиозное чувство (эмоциональный элемент) и 3) религиозные действия (культовый, или обрядовый, элемент) [1].

Религия имеет свои социальные, гносеологические и психологические корни.

 

Социальными корнями религии первоначально выступают чрезвычайно низкий уровень производительных сил и обусловленный им примитивный уровень сознания, невежество человека, его беспомощность перед силами природы. В классовом обществе к социальным корням религии прибавляется и его бессилие перед теми общественными силами, которые его эксплуатируют, причем не просто прибавляются, но и выходят на первый план, становятся ядром этих социальных корней. И это вполне понятно, ибо стихийные природные бедствия (голод, болезни, неурожай, наводнения, землетрясения и т.д.) обнаруживают и проявляют человеческую беспомощность не часто, а экономическая эксплуатация, политическое и гражданское бесправие, словом - бессилие человека перед стихией общественного развития сказываются каждодневно и ежечасно. Именно поэтому с переходом к классовому обществу религии языческие, основанные на поклонении силам природы (языкам пламени и т.п.), сменяются повсеместно религиями антропоморфными, отражающими зависимость человека от человека и возникшую на этой основе социальную иерархию в обществе.

 

Кроме социальной, всякая религия имеет причину своего возникновения в познавательной деятельности человека. Этот компонент системы причин, обусловливающих религию, составляет ее гносеологические корни. Они заключены прежде всего в способности человека к абстрактному мышлению и возможности - на этой основе - к отлету мысли в сторону, возведению в абсолют какой-нибудь частицы изучаемого явления и (как следствие) фантастического его отображения. Ведь любое божество есть абстракция. К гносеологическим корням религии относится и способность человека к самосознанию. Для того, чтобы удвоить внешний мир, человек должен был сам раздвоиться, то есть осознать себя не только как физическое тело, но как существо, имеющее душу, внутренний духовный мир. Религиозное сознание невозможно без самосознания. Для уяснения гносеологических корней религии необходимо иметь в виде следующие моменты:

1. Наличие у религии гносеологических корней объясняет, почему религия не может быть извечно присуща человеку, как уверяют богословы, а возникает только на определенном этапе развития общества. Если бы возникновение и функционирование религии было связано только с ее социальными корнями, то религия действительно появилась бы в начальной точке исторического развития общества, при нулевом уровне развития производительных сил. Но в этой точке и при этом уровне религия появиться не может, ибо еще отсутствует способность человека к абстрактному мышлению, которая сама появляется лишь под воздействием усложнившейся трудовой деятельности и развивающихся социальных связей.

 

Кстати, в связи с наличием у религии гносеологических корней нередко задают вопрос: "Не свидетельствует ли это в пользу того, что религия сохранится навсегда, ибо навсегда, пока существует человек, сохранится его способность к абстрактному мышлению?". Для правильного ответа на этот вопрос надо учитывать, что гносеологические и социальные корни религии действуют не автономно, а лишь в системе, и коль скоро исчезнут социальные корни религии, сама по себе способность человека к абстрактному мышлению перестанет быть фактором, воспроизводящим это специфическое отражение мира.

 

2. Религиозная фантазия как результат отлета человеческой мысли в сторону представляет собой фантазию особого рода, она коренным образом отличается от фантастического отражения действительности в науке и искусстве. Научная и художественная фантазия приближает человека к познанию сокровенных тайн природы, облегчает ему уяснение тенденций общественного развития, религиозная же фантазия подобной функции не выполняет.

 

Человек в своей деятельности ставит перед собой какие-то определенные цели, придающие ей определенный смысл. На каком-то этапе своего исторического развития человек осознает конечность своего бытия и встает перед вопросом не о смысле отдельных лишь своих действий, поступков, а об общем смысле жизни. С тех пор вопрос "для чего мы живем?" не перестает интересовать людей. И это естественно, ибо жизнь без смысла вообще не есть жизнь, а нечто такое, что находится на уровне животного существования. "Отсутствие цели, - с полным основанием писал Л. Фейербах, - есть величайшее несчастье" [1]. Эта внутренняя психологическая потребность человека осознать смысл жизни и привлекает многих к религии, дающей свой вариант решения этой важнейшей проблемы.

Как и любое общественное явление, религия выполняет определенные социальные функции, ради которых она возникла и существует.

 

Важнейшей из этих функций является компенсаторная, состоящая в религиозном "восполнении" действительности, в религиозном утешении. В религии происходит мнимое снятие противоречий и конфликтов: реальное угнетение преодолевается "свободой в духе", социальное неравенство превращается в равенство греховности перед богом, разобщенность заменяется "братством во Христе", фактическое бессилие человека компенсируется всесилием бога, смертный оказывается бессмертным, вообще мир зла и несправедливости заменяется "царством божиим" ("царством небесным"). Важное значение при этом имеет психологический аспект компенсаторной функции, который особенно отчетливо проявляется в молитве и покаянии. При их совершении происходит как бы переход от состояния подавленности (беспокойства, неудовлетворенности, внутренней разорванности, скорби и тоски) к состоянию облегчения (удовлетворенности, гармонии, радости, успокоенности, прилива сил).

На определенных исторических этапах религия может выступать как фактор интеграции общества, выполняя таким образом интегративную функцию. Суммируя поведение и деятельность индивидов, объединяя их мысли, чувства, стремления, направляя усилия социальных групп и институтов, религия может способствовать стабильности данного общества или становлению нового.

Активная роль религии в этом плане историкам хорошо известна. Под идеологическим знаменем христианства проходило крушение рабовладения в Западной Европе, религиозной была и идеология ранних буржуазных революций. Известна и активная роль религии и церкви во многих революционных процессах современности, например, в Латинской Америке.

 

Религия выполняет и регулятивную функцию. Это значит, что религиозные идеи, ценности, установки, культовая деятельность и религиозные организации выступают в качестве регуляторов поведения людей. Подобную функцию, религия способна выполнять потому, что она аккумулировала в себе нравственный опыт огромного множества предыдущих поколений людей, который мы в сжатом, афористическом виде обнаруживаем в знаменитых заповедях Моисея ("не убий!", "не укради!" и т.д.), в моральных канонах ислама, буддизма.

 

Понятно, что сами по себе религиозные установки и ценности, лежащие в основе этой функции, могут быть разнонаправлены. Ведь встречаются же секты, проповедующие изуверство, человеческие жертвоприношения. Но речь сейчас не о них, а о тех преобладающих религиозных системах, в которых заложен изрядный пласт гуманизма. К ним, несомненно, относится и христианство. Наверно, довольно точно определила этот гуманистический смысл христианства одна из пастернаковских героинь: "Что-то сдвинулось в мире. Кончился Рим, власть количества, оружием вмененная обязанность жить всей поголовностью, всем населением. Вожди и народы отошли в прошлое.

 

Личность, проповедь свободы пришли им на смену. Отдельная человеческая жизнь стала Божьей повестью, наполнила своим содержанием пространство вселенной" [1].

Существует еще одна важная функция религии - коммуникативная: религия служит средством общения верующих, а всем понятно, как важно общение для человека. Общение развертывается для верующих в двух планах: в плане их общения с богом и "небожителями" и в плане их общения друг с другом. Общение осуществляется прежде всего в культовой деятельности.

 

Наше понимание функций религии было бы неполным, если бы мы отвлеклись от того, что религия включает в себя элемент протеста. История христианства, ислама, буддизма показывает, что они возникали именно как выражение протеста масс против эксплуатации и нищеты. Компенсаторная функция религии включает в себя, таким образом, функцию помощи, но помощь эта, как и компенсация в целом, осуществляется лишь иллюзорно.

 

Активную роль религии в то же время нельзя абсолютизировать, возводя ее в определяющий фактор общественного развития, подобно тому, как это сделал в ряде своих работ ("Протестантская этика и дух капитализма", "Индуизм и буддизм", "Социология религии", "Хозяйственная этика мировых религий") М.Вебер. Поставив перед собой вопрос: "Почему мы не обнаруживаем в Индии эндогенного капитализма?", Вебер не сумел увидеть какого-либо иного объясняющего это отсутствие фактора, кроме классического индуизма как основы всей индийской духовности. Вебер сравнивает в этом отношении индуизм с протестантизмом, который освятил повседневную хозяйственную деятельность мирян, стал рассматривать ее как форму религиозного служения, а успех человека в практических делах (ранее во многом "презренных") как свидетельство его избранности и спасенности. Индуизм же, по Веберу, не настраивает человека на улучшение своей земной жизни: этого можно добиться только в последующих рождениях с помощью, разумеется, хорошей кармы (деяния), то есть общего положительного баланса поступков человека в предыдущей жизни. Эти принципиальные различия между протестантизмом и индуизмом, действительно имеют место, но невольно напрашивается вопрос о причинах их происхождения. Почему, скажем, в том же христианстве до поры до времени предпринимательский дух не поощрялся (и даже высмеивался), а в протестантской этике получает свою высшую санкцию? Не наводит ли это на мысль о том, что сами религиозные постулаты и нормы изменяются вслед за рельефно наметившимися и хоть в какой-то степени уже происшедшими социально-экономическими изменениями? Не свидетельствовала ли, кстати, сама Реформация XVI века об объективном созревании Западной и Центральной Европы для перехода от духа крепостничества, высшей санкцией которого выступала католическая церковь в ее классическом виде, к духу предпринимательства?

 

 

 

Авторы: 1379 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги: 1908 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я