• 5

Предварительные замечания

Для этой дедукции мы на основании предыдущего располагаем следующими данными.

1. Самосознание есть абсолютный акт, которым для Я положено все.

Под этим актом понимается не тот свободно осуществляемый акт, который постулируется философом и являет собой более высокую потенцию, чем изначальный акт, но акт изначальный, который, будучи предпосылкой всякой ограниченности и осознанности, сам не осознается. Прежде всего возникает вопрос о характере этого акта — произво-

лен он или непроизволен? Ни произвольным, ни непроизвольным этот акт назван быть не может, ибо эти понятия вообще приложимы лишь в сфере, доступной объяснению; действие, будь оно произвольно или непроизвольно, уже заранее предполагает ограниченность (сознание). Действие же, которое служит причиной всякой ограниченности и не может быть объяснено исходя из какого-либо другого, должно быть абсолютно свободным. Но абсолютная свобода тождественна абсолютной необходимости. Если бы мы могли, например, мыслить действия Бога, то они должны были бы быть абсолютно свободными, но эта абсолютная свобода была бы и абсолютной необходимостью, ибо в Боге немыслимы какие-либо законы и действия, которые не вытекали бы из внутренней необходимости его природы. Подобным актом и является изначальный акт самосознания — абсолютно свободный, ибо он не определен ничем, кроме Я, абсолютно необходимый, ибо он вытекает из внутренней необходимости природы Я.

Однако возникает вопрос: каким образом философ обретает уверенность в том, что этот изначальный акт осуществляется, или узнает о нем? Очевидно, не непосредственно, а путем умозаключений. С помощью философии я обнаруживаю, что в каждый данный момент я возникаю для самого себя только посредством подобного акта; из этого я делаю вывод, что изначально я также мог возникнуть только посредством такого акта. Я обнаруживаю, что сознание объективного мира присутствует в каждом моменте моего сознания, и, следовательно, умозаключаю, что нечто объективное уже изначально должно присутствовать в синтезе самосознания и затем вновь возникать из самосознания в процессе его развертывания.

Однако, если философ и удостоверяется в этом акте в качестве такового, как удостоверяется он в его определенном содержании? Без сомнения, посредством свободного воспроизведения этого акта, что и является началом всякой философии. Но откуда философу известно, что этот вторичный произвольный акт тождествен тому изначальному и абсолютно свободному акту? Ибо если всякое ограничение, а следовательно, и всякое время возникает только посредством самосознания, то тот изначальный акт не может осуществляться во времени; поэтому говорить о начале бытия разумного существа самого по себе столь же невозможно, как и утверждать, что оно существовало от века. Я в качестве Я абсолютно вечно, т. е. вне всякого времени; между тем тот вторичный акт необходимым обра-

зом попадает на определенный момент времени; откуда же философу известно, что данный, происходящий во временном потоке акт соответствует тому, который происходит вне всякого времени и создает время как таковое? Я, будучи помещено во временной поток, являет собой непрерывный переход от представления к представлению; правда, в его власти прервать этот ряд с помощью рефлексии — всякое философствование и начинается с того, что эта последовательность представлений абсолютно прерывается. С этого момента последовательность, которая была непроизвольной, становится произвольной. Однако откуда известно философу, что этот акт, попавший в ряд его представлений вследствие того, что их последовательность прерывается, тождествен тому изначальному акту, с которого начинается весь ряд?

Каждый, кто вообще согласен с тем, что Я возникнет лишь посредством собственного действования, согласится и с тем, что посредством прерывающего временной ряд произвольного действия, в результате которого только и возникает Я, для меня не может возникнуть ничего другого, кроме того, что возникло для меня посредством этого действования изначально и вне всякого времени. Этот изначальный акт самосознания все время продолжается, ибо весь ряд моих представлений — не что иное, как развертывание данного единого синтеза. Вследствие этого я в каждый данный момент могу возникнуть для себя так же, как я возник изначально. Я есмь лишь то, что я есмь, только благодаря своему действованию (ибо я абсолютно свободен), но посредством этого определенного действования всегда возникает только Я; следовательно, я могу умозаключить, что и изначально оно возникает посредством того же действования.

Здесь надлежит привести общее соображение, связанное со сказанным выше. Если первая конструкция филосо¬ фии является воспроизведением изначальной, то и все ее конструкции будут лишь такими воспроизведениями. Пока Я занято изначальным развертыванием абсолютного синтеза, существует лишь единый ряд действий, изначальных и необходимых; но, как только я это развертывание прерываю и по своей воле возвращаюсь в его исходную точку, для меня возникает новый ряд, в котором свободно все то, что в первом было необходимо. Первый ряд — оригинал, второй — копия, или воспроизведение. Если во втором ряду содержится не больше и не меньше, чем в первом, то воспроизведение совершенно, — возникает истинная и завер-

шенная философия. В противном случае возникает философия ложная и незавершенная.

Следовательно, философия вообще не что иное, как свободное воспроизведение, свободное повторение изначального ряда действий, в которых развертывается единый акт самосознания. Первый ряд по отношению ко второму реален, второй по отношению к первому идеален. Поскольку второй ряд начинается и продолжается свободно, представляется неизбежным, что в него будет привнесен произвол, но этот произвол может быть только формальным, не определяющим содержания действия.

Поскольку объектом философии является изначальное возникновение сознания, она — единственная наука, в которой присутствует упомянутый двойной ряд. Во всех остальных науках существует лишь один ряд. Талант философа заключается не только в том, чтобы суметь свободно повторить ряд изначальных действий, но прежде всего в том, чтобы в этом свободном повторении сознавать изначальную необходимость этих действий.

2. Самосознание (Я) есть борьба абсолютно противоположных деятельностей. Одну из них, изначально уходящую в бесконечность, мы назовем реальной, объективной, ограничиваемой; другую, тенденцию созерцать себя в этой бесконечности, — идеальной, субъективной, неограничива-емой.

3. Изначально обе деятельности полагаются одинаково бесконечными. Основание для полагания ограничиваемой деятельности в качестве конечной дано нам уже идеальной (рефлектирующей ее) деятельностью. Следовательно, сначала надлежит дедуцировать, как может быть ограничена идеальная деятельность. Акт самосознания, из которого мы исходим, объясняет нам прежде всего лишь то, как ограничивается объективная, а не субъективная деятельность; поскольку же идеальная деятельность полагается в качестве основания всякого ограничения объективной деятельности, она именно поэтому полагается не в качестве изначально неограниченной (тем самым допускающей ограничение, как объективная), а в качестве совершенно не допускающей ограничения. Если объективная деятельность, в качестве изначально неограниченной, но именно поэтому допускающей ограничение, свободна по содержанию, но ограничена по форме, то идеальная деятельность, в качестве изначально не допускающей ограничения, именно поэтому, будучи ограничена, становится свободной не по содержанию, но только по форме. На этой неограничивае-

мости идеальной деятельности основана вся конструкция теоретической философии, в практической же философии это соотношение будет обратным.

4. Поскольку в самосознании заключена бесконечная борьба (2, 3), то в едином абсолютном акте, из которого мы исходим, заключена бесконечность объединенных и тесно связанных действий, полное выявление которых было бы бесконечной задачей. (Если бы ее когда-либо удалось полностью разрешить, перед нами открылись бы все связи объективного мира и все определения природы вплоть до бесконечно мелких.) Поэтому философия может остановиться лишь на тех действиях, которые составляют как бы эпоху в истории самосознания, и показать их взаимосвязь. (Так, например, ощущение есть действие Я, которое, если бы можно было остановиться на всех его промежуточных звеньях, неизбежно привело бы нас к дедукции всех свойств природы, что невозможно.)

Итак, философия является историей самосознания, проходящего различные эпохи; последовательность их создает упомянутый единый абсолютный синтез.

5. В этой истории движущим началом служит идеальная деятельность, которая, как предполагается, не допускает ограничения. Задача теоретической философии — объяснить идеальность предела — равнозначна задаче объяснить, как может быть ограничена идеальная деятельность, которую до сих пор рассматривали в качестве не допускающей ограничения.

Авторы: 1379 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги: 1908 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я