• 5

П. Дедукция материи

1. Обе деятельности, уравновешивающие друг друга в продукте, могут быть представлены только в виде фиксированных покоящихся деятельностеи, т. е. в виде сил.

Одна из этих сил будет по своей природе положительной, она бы бесконечно расширялась, если бы ее не ограничивала противоположная сила. Что материи присуща подобная бесконечная сила расширения, может быть доказано только трансцендентальным методом. Как одна из деятельностей, из которых сконструирован продукт, в силу самой своей природы стремится в бесконечность, столь же несомненно должен обладать бесконечной силой расширения и один из факторов продукта.

Эта бесконечная сила расширения, сконцентрированная в продукте, будучи предоставлена самой себе, распространилась бы в бесконечность. Следовательно, понять, что она удерживается в конечном продукте, можно лишь при наличии противоположной отрицательной, тормозящей силы, которая, будучи силой, соответствующей ограничивающей деятельности Я, также должна наличествовать в общем продукте.

Следовательно, если бы Я могло в настоящий момент подвергнуть рефлексии свою конструкцию, оно обнаружило бы ее в качестве общности двух уравновешивающих друг друга сил, одна из которых, будучи предоставлена самой себе, произвела бы нечто бесконечно большое, тогда как

другая, не будучи ограничена, свела бы продукт к бесконечно малому. Однако в настоящий момент Я еще не рефлектирует.

2. До сих пор мы принимали во внимание только противоположную природу двух деятельностей и соответствующих им сил. Однако от их противоположной природы зависят и их противоположные направления. Следовательно, мы можем задать вопрос, как эти две силы будут различаться по своему направлению. Этот вопрос приведет нас к более точному определению продукта и проложит путь к новому исследованию, ибо вопрос, как силы, которые мыслятся действующими из одной и той же точки, могут действовать в противоположном направлении, без сомнения, очень важен.

Одна из деятельностей была принята в качестве изначально уходящей в положительно бесконечное. Но в бесконечности нет направлений. Ибо направление — это определение, а определение всегда равно отрицанию. Поэтому положительная деятельность должна выступать в продукте как деятельность, сама по себе полностью лишенная направления и именно поэтому распространяющаяся по всем направлениям. Однако следует заметить, что эта распространяющаяся по всем направлениям деятельность также различается в качестве таковой лишь с точки зрения рефлексии, так как в момент продуцирования деятельность нигде не отличается от своей направленности; показать, как само Я совершает это различение, будет предметом особого рассмотрения. Теперь возникает вопрос: какое направление будет отличать в продукте деятельность, противоположную положительной деятельности? Положению, ожидаемому нами заранее, — «если положительная деятельность охватывает все направления, то противоположная ей деятельность будет идти лишь в одном направлении» — может быть дано строгое доказательство. В понятии направления мыслится и понятие расширения. Там, где нет расширения, нет и направления. Поскольку же отрицательная сила абсолютно противоположна силе расширения, она должна являть собой силу, противную всякому направлению, следовательно, силу, которая, будучи неограниченной, оказалась бы абсолютным отрицанием всякого направления в продукте. Но отрицание всякого направления — это абсолютная граница, просто точка. Следовательно, эта деятельность является в качестве такой, которая будет стремиться свести всякое расширение к точке. Эта точка будет указывать ее направление, следовательно, у нее

будет только одно направление, направление к этой точке. Представим себе силу расширения действующей из общего центра С по всем направлениям СА, СВ и т. д.; тогда отрицательная сила, или сила притяжения, будет по всем направлениям действовать обратно, только к одной точке С. Однако и к этому направлению относится то, о чем мы напоминали, говоря о направлениях положительной силы. И здесь деятельность и направление абсолютно едины, само Я их не различает.

Так же как направления положительной и отрицательной деятельностей не отличаются от самих этих деятельно-стей, не отличаются друг от друга и сами эти направления. Показать, каким образом Я достигает этого различения, благодаря которому оно впервые различает пространство как пространство, время как время, будет предметом дальнейшего исследования.

3. Наиболее важный вопрос, который нам еще остается разрешить применительно к соотношению двух сил, таков: как в одном и том же субъекте могут быть объединены противоположные по своим направлениям деятельности? Как могут действовать в противоположных направлениях две силы, которые исходят из разных точек, понятно; но совсем не просто понять, как могут действовать в противоположных направлениях две силы, которые исходят из одной и той же точки. Если СА, СВ и т. д. суть направления, в которых действует положительная сила, то отрицательная сила должна действовать в противоположном направлении, т. е. в направлении АС, ВС и т. д. Представим себе, что положительная сила А ограничивается в точке А; тогда отрицательная сила, которая для того, чтобы оказать воздействие на точку А, должна была бы сначала пройти через все промежуточные точки между С и А, была бы совершенно неотличима от силы расширения, так как действовала бы в одном направлении с ней. Поскольку же она действует в направлении, противоположном направлению положительной силы, то верно и обратное, т. е. что она будет воздействовать на точку А и ограничивать направление А непосредственно, не проходя отдельные точки между С и А.

Следовательно, если сила расширения действует только непрерывно, то сила притяжения, или задерживающая сила, напротив, будет непосредственно действовать на расстоянии.

В соответствии с этим взаимоотношение двух сил определяется следующим образом: поскольку отрицатель-

ная сила действует непосредственно на точку ограничения, то внутри этой точки будет только сила расширения, за пределом же этой точки сила притяжения, действующая в направлении, противоположном силе расширения (хотя из той же точки), с необходимостью распространит свое действие в бесконечность.

Ибо, будучи силой, которая действует непосредственно и для которой расстояние не является препятствием, она должна мыслиться оказывающей воздействие на расстоянии, уходящей в бесконечность.

Таким образом, соотношение двух сил теперь такое же, как соотношение объективной и субъективной деятельности вне продукта. Подобно тому как деятельность, заторможенная внутри границы, и деятельность, которая, переходя границу, уходит в бесконечность, суть лишь факторы продуктивного созерцания, так и разделенные общей (случайной для них) границей сила отталкивания и сила притяжения (первая из которых заторможена внутри точки ограничения, а вторая уходит в бесконечность, причем общая для нее и силы отталкивания граница есть для нее граница только по отношению к той) суть только факторы конструкции материи, а не само конструирующее.

Конструирующей может быть лишь некая третья сила, которая синтезирует две силы и соответствует синтетической деятельности Я в созерцании. Лишь с помощью этой третьей, синтетической деятельности можно понять, как две абсолютно противоположные друг другу деятельности могли быть положены в одном и том же, тождественном субъекте. Следовательно, сила, соответствующая в объекте этой деятельности, и будет той, посредством которой две эти совершенно противоположные друг другу силы положены в одном и том же, тождественном субъекте.

(Кант в своих «Метафизических началах естествознания» называет силу притяжения проникающей силой, однако только потому, что он рассматривает силу притяже ния уже как силу тяжести (следовательно, не в чистом виде). Поэтому ему для конструкции материи требуются только две силы, тогда как мы дедуцируем необходимость трех сил. Сила притяжения, мыслимая в ее чистом виде, т. е. только как фактор конструкции, есть, правда, сила, действующая непосредственно на расстоянии, но не проникающая сила, ибо там, где ничего нет, нечего и проникать. Свойство проникать она обретает лишь благодаря тому, что ее вбирает в себя сила тяжести. Сама сила тяжести не тождественна силе притяжения, хотя сила притяжения

необходимо в нее входит. Сила тяжести не есть и простая сила, как сила притяжения, но, как явствует из дедукции, сложная сила.)

Лишь посредством силы тяжести, подлинно продуктивной и творческой, завершается конструкция материи. Теперь нам остается только сделать из этой конструкции основные выводы.

Выводы

Трансцендентальному исследованию с полным правом может быть предъявлено требование объяснить, почему материя с необходимостью должна созерцаться в качестве протяженной в трех измерениях, что до сих пор, насколько нам известно, никто не пытался объяснить; поатому мы считаем необходимым дедуцировать здесь также три измерения материи непосредственно из трех основных сил, необходимых для конструкции материи.

Согласно предшествующему исследованию, в конструкции материи следует различать три момента.

а) Первый момент — тот, где две противоположные силы мыслятся объединенными в одной и той же точке. Из этой точки сила расширения может действовать во всех направлениях, однако различены эти направления могут быть лишь посредством противоположной силы, которая только и дает точку ограничения, а следовательно, и точку, указывающую направление. Однако эти направления не следует смешивать с измерениями, так как линия, в каком бы направлении она ни шла, всегда имеет только одно измерение, а именно длину. Отрицательная сила дает определенное направление силе расширения, которая сама по себе направления лишена. Однако выше было доказано, что отрицательная сила действует на точку ограничения не опосредствованно, а непосредственно. Следовательно, если предположить, что отрицательная сила, исходя из точки С, т. е. из общего местонахождения обеих сил, непосредственно действует на точку, ограничивающую линию, — пока еще эта точка может оставаться совершенно неопределенной, — то, поскольку отрицательная сила действует на расстоянии, до известной удаленности от С не будет обнаружено никакого ее действия, господствовать будет только положительная сила; однако где-то на линии окажется точка А, в которой две силы, положительная и действующая в противоположном направлении, отрицательная, будут находиться в равновесии, и эта точка будет уже не

положительной и не отрицательной, а полностью индифферентной. Начиная с этой точки, отрицательная сила будет расти, пока она в какой-либо определенной точке В не достигнет преобладания; здесь, следовательно, будет господствовать только отрицательная сила, и именно поэтому линия будет полностью ограничена. Точка А будет общей точкой ограничения двух сил, точка В — ограничением всей линии.

Три точки, расположенные на сконструированной здесь линии, — С, начиная от которой до А господствует только положительная сила, А, являющаяся просто точкой равновесия двух сил, и, наконец, В, где господствует одна отрицательная сила, — это те же точки, которые мы различаем в магните.

(Таким образом, без всякого намерения с нашей стороны вместе с первым измерением материи, длиной, оказался дедуцированным и магнетизм, из чего можно сделать ряд важных выводов (подробно останавливаться на них мы в данной работе не можем).) Так, например, из этой дедукции становится очевидным, что в явлениях магнетизма мы обнаруживаем материю в первый момент ее конструкции, когда две противоположные силы объединены в одной точке; что магнетизм, следовательно, является не свойством какой-либо особой материи, а свойством материи вообще, следовательно, подлинной категорией физики; далее, что эти три точки, сохраненные для нас природой в магните, тогда как в других телах они стерты, суть не что иное, как те априорно выведенные три точки, которые необходимы для реальной конструкции длины; что магнетизм вообще конструирует длину, и т. д. Отмечу еще только, что эта дедукция открывает нам такую сторону физической природы магнетизма, которую мы, быть может, никогда бы не постигли экспериментальным путем, а именно что положительный полюс (обозначенный выше точкой С) является местонахождением обеих сил. Ибо то, что М появляется для нас только в противоположной точке В, необходимо, так как отрицательная сила может действовать только на расстоянии. Уже эта предпосылка делает необходимым наличие трех точек в линии магнитного действия. И наоборот, наличие этих трех точек в магните доказывает, что отрицательная сила есть сила, действующая на расстоянии, а все совпадение нашей априорно сконструированной линии с линией магнита подтверждает правильность всей нашей дедукции.

b) В сконструированной здесь линии В служит точкой

ограничения линии вообще, А — общей точкой ограничения двух сил. Отрицательной силой полагается ограничение вообще; если же отрицательная сила сама ограничивается в качестве ограничения, то возникает ограничение ограничения, и оно попадает на точку А, общую границу двух сил.

Поскольку отрицательная сила столь же бесконечна, как положительная, то граница А будет для нее в такой же мере случайной, как для положительной силы.

Но если А случайно для обеих сил, то линию CAB можно также мыслить разделенной на две линии, СА и АВ, отделенные друг от друга границей А.

Этот момент, представляющий две противоположные силы полностью разъединенными и разделенными границей, есть второй момент в конструкции материи, который в природе находит свое выражение в электричестве. Ибо если ABC представляет магнит, положительный полюс которого А, отрицательный С, а нулевая точка В, то схема электричества возникает для меня непосредственно благодаря тому, что я представляю себе это единое тело разделенным на АВ и ВС, каждое из которых служит выражением только одной из этих двух сил. Строгое же доказательство этого утверждения таково.

До тех пор пока две противоположные силы мыслятся объединенными в одной и той же точке, ничего другого, кроме сконструированной выше линии, возникнуть не может, так как направление положительной силы определено отрицательной силой таким образом, что она может действовать только в сторону той точки, на которую приходится граница. Обратное, следовательно, произойдет, как только силы окажутся разъединенными. Пусть две силы встречаются в точке С. Если мыслить эту точку покоящейся, то вокруг нее окажется бесчисленное множество точек, по направлению к которым она могла бы двигаться, если бы ей было придано механическое движение. Однако в этой точке заключена сила, которая может распространяться одновременно по всем этим направлениям, а именно изначально лишенная направления, т. е. сила расширения, способная действовать в любом направлении. Следовательно, эта сила может идти по всем этим направлениям, но, пока отрицательная сила не отделена от нее, она в каждой описываемой ею линии неуклонно будет следовать только одному направлению; таким образом, она во всех направлениях будет действовать лишь в чистом измерении длины. Обратное произойдет, если две силы окажутся полностью

обособлены друг от друга. Как только точка С начнет двигаться (например, в направлении СА), она уже в следующем занимаемом ею месте опять будет окружена бесчисленным количеством точек, по направлению к которым она может двигаться. Теперь сила расширения, полностью предоставленная своему стремлению распространяться по всем направлениям, будет из каждой точки линии СА выбрасывать линии, образующие углы с линией СА, и тем самым присоединит к измерению длины измерение ширины. Все это относится и ко всем другим линиям, которые описывает по остальным направлениям точка С, принятая пока в качестве покоящейся; ни одна из этих линий не будет теперь представлять собой чистую длину.

Что этот момент конструкции в природе представлен электричеством, ясно из того, что оно в отличие от магнетизма не действует только в длину, не ищет длину и не направляется ею, но присоединяет к чистой длине магнетизма измерение ширины, распространяясь по всей поверхности тела, которому оно сообщается; однако, подобно магнетизму, оно не действует вглубь, а распространяется, как известно, только в длину и в ширину.

с) Столь же очевидно, как то, что обе теперь разъединенные силы изначально суть силы одной и той же точки, очевидно и то, что вследствие разъединения в обеих должно возникнуть стремление опять объединиться. Однако это возможно лишь с помощью третьей силы, способной вторгнуться в действие обеих противоположных сил и способствовать их взаимопроникновению в ней. Это взаимопроникновение двух сил с помощью третьей и дает продукту непроницаемость и этим свойством присоединяет к первым двум измерениям третье, а именно высоту, что и завершает конструкцию материи.

В первый момент конструкции две силы, хотя и объединенные в одном субъекте, были все же разделены, что выражено в сконструированной выше линии CAB, где от С до А действует только положительная сила, от Л до В — только отрицательная; во второй момент силы уже распределены между различными субъектами. В третий момент они объединяются в общем продукте таким образом, что во всем продукте нет ни одной точки, где бы одновременно не присутствовали обе силы, — и теперь весь продукт индифферентен.

В природе этот третий момент конструкции находит свое выражение в химическом процессе. Ибо, что посредством двух тел в химическом процессе выражена лишь

изначальная противоположность двух сил, явствует иа того, что они проникают друг в друга, а это мыслимо, только если речь идет о силах. Однако в свою очередь немыслимо, чтобы два тела представляли собой изначальную противоположность, так чтобы в каждом из них абсолютно не преобладала одна из двух сил.

Подобно тому, как только с помощью третьей силы две противоположные силы настолько проникают друг в друга, что весь продукт в каждой своей точке содержит одновременно силу притяжения и силу отталкивания и тем самым к обоим первым измерениям присоединяется третье, химический процесс является дополнением двух первых процессов, один из которых действует только в длину, другой — в длину и ширину, пока наконец химический процесс не начинает действовать во всех трех измерениях, в силу чего только здесь и возможно подлинное взаимопроникновение.

Поскольку конструкция материи проходит эти три момента, априорно можно ожидать, что они окажутся более или менее различимыми в отдельных природных телах; можно даже априорно определить место в ряду, где тот или иной момент должен либо выступать особенно отчетливо, либо исчезнуть; так, например, первый момент должен быть различим только в наиболее твердых телах, в жидких, напротив, — непознаваем, что дает нам даже априорный принцип для подразделения природных тел, например, на жидкие и твердые и для установления ступеней, на которых они находятся по отношению друг к другу.

Если попытаться заменить специальное выражение «химический процесс», под которым понимают вообще любой процесс, поскольку он переходит в продукт, более общим, то следует прежде всего иметь в виду, что в соответствии с выведенными здесь основоположениями условием реального продукта вообще является триединство сил, что, следовательно, в природе надо априорно искать процесс, в котором прежде всего может быть познано это триединство. Таковым является гальванизм, который есть не отдельный процесс, а общее выражение всех процессов, переходящих в продукт.

Общие замечания к первой эпохе

Вряд ли найдется читатель, который в ходе нашего исследования не обратил бы внимание на следующее. В первую эпоху самосознания были различены три

акта; эти три акта как будто обнаруживаются в трех силах материи и в трех моментах ее конструкции. Эти три момента конструкции дают нам три измерения материи, а они — три ступени динамического процесса. Естественно возникает мысль, что в этих различных формах проявляется одна и та же троичность. Для того чтобы развить эту мысль и окончательно установить еще только предполагаемую связь, небесполезно провести сравнение между тремя актами Я и тремя моментами конструкции материи.

Трансцендентальная философия является не чем иным, как постоянным потенцированием Я; весь ее метод состоит в том, чтобы, переводя Я с одной ступени самосознания на другую, довести его до того уровня, где оно будет положено со всеми своими определениями, которые содержатся в свободном и осознанном акте самосознания.

Первый акт, с которого начинается вся история интеллигенции, есть акт самосознания, еще несвободного и бессознательного. Тот же акт, который философ постулирует с самого начала, служит в качестве бессознательно мыслимого и первым актом нашего объекта, Я.

В этом акте Я, правда, для нас, а не для самого себя есть субъект и объект одновременно; он как бы представляет ту отмеченную в конструкции точку, в которой обе деятельности, изначально неограниченная и ограничивающая, еще объединены.

Результат этого акта — также для нас, а не для самого Я — есть ограничение объективной деятельности деятельностью субъективной. Но ограничивающая деятельность, в качестве действующей вдаль, также не допускающей ограничения, должна с необходимостью мыслиться как стремящаяся выйти за точку ограничения.

Следовательно, в этом первом акте содержатся совершенно такие же определения, как те, которые характеризуют первый момент в конструкции материи.

В этом акте действительно возникает общая конструкция из Я в качестве объекта и субъекта, однако эта конструкция еще не существует для самого Я. Это привело нас ко второму акту, который есть самосозерцание Я в этой ограниченности. Поскольку Я не может сознавать, что ограничение положено им самим, это созерцание есть лишь обнаружение или ощущение. Следовательно, поскольку Я в этом акте не осознает свою собственную деятельность, которой оно ограничено, то одновременно и непосредственно вместе с ощущением полагается и противопо-

ложность между Я и вещью самой по себе, не для Я, но для нас.

В другой формулировке это означает следующее: в этом втором акте две изначально объединенные в нем деятельности разделяются, не для Я, а для нас, на две совершенно различные и внеположные друг другу деятельности, а именно на деятельность Я на одной стороне и деятельность вещи на другой. Деятельности, которые изначально суть деятельности одного тождественного субъекта, распределяются между различными субъектами.

Из этого становится очевидным, что второй момент, принятый нами в конструкции материи, т. е. момент, когда две силы становятся силами различных субъектов, является для физики совершенно тем же, чем для трансцендентальной философии является второй акт интеллигенции. Теперь также ясно, что уже первым и вторым актом положено начало конструкции материи или что Я, того не ведая, уже с первого акта как бы приступает к конструкции материи.

Следующее замечание с еще большей ясностью покажет нам тождество трансцендентального и динамического и позволит бросить взгляд на далеко идущие связи, которые открываются с достигнутой нами позиции. Упомянутый выше второй акт есть акт ощущения. Что же становится для нас объектом в ощущении? Не что иное, как качество. Но всякое качество есть электричество — это положение доказано в натурфилософии. А электричество и есть то, что в природе выступает как второй момент конструкции. Следовательно, можно сказать: то, что в интеллигенции есть ощущение, в природе есть электричество.

Что же касается тождества третьего акта с третьим актом конструкции материи, то оно действительно не нуждается в доказательстве. Таким образом, очевидно, что, конструируя материю, Я конструирует по существу самого себя. Посредством третьего акта Я становится для себя объектом в качестве ощущающего. Однако в соответствии с дедукцией это невозможно, если обе, ранее полностью разъединенные, деятельности не оказываются представлены в одном и том же тождественном продукте. Этот продукт, который и есть материя, являет собой, таким образом, полную конструкцию Я, только не для самого Я, которое еще тождественно материи. Если Я в первом акте созерцается только как объект, во втором — только как субъект, то в этом акте оно становится объектом в качестве того и другого, разумеется, для философа, а не для самого себя. Для

самого себя оно становится в этом акте объектом лишь в качестве субъекта. Что оно выступает только в качестве материи, необходимо, ибо, хотя оно в этом акте есть субъект-объект, оно не созерцает себя таковым. Понятие Я, из которого исходит философ, — это понятие субъект-объекта, сознающего себя таковым. Материя таковым не оказывается; следовательно, посредством материи и Я не становится для себя объектом в качестве Я. Между тем трансцендентальная философия может считаться завершенной только тогда, когда Я становится таким же объектом для самого себя, каким оно является для философа. Поэтому на данной эпохе круг нашей науки замкнуться не может.

В результате проведенного нами сравнения оказалось, что три момента в конструкции материи действительно соответствуют трем актам интеллигенции. Следовательно, если три момента природы по существу оказываются тремя моментами в истории самосознания, то совершенно очевидно, что действительно все силы универсума в конечном счете сводятся к силам, обладающим способностью представления, — на этом положении основан идеализм Лейбница, который, будучи правильно понят, по существу ничем не отличается от трансцендентального идеализма. Если Лейбниц называет материю дремлющим состоянием монад, а Гемстергейс — застывшим духом 11, то в этих выражениях заключен смысл, понять который очень легко, руководствуясь разработанными здесь основоположениями. Материя в самом деле не что иное, как дух, созерцаемый в равновесии своих деятельностей. Нет никакой необходимости пространно доказывать, как этим устранением всякого дуализма или всякой реальной противоположности между духом и материей, в результате чего материя рассматривается только как угасший дух, а дух, наоборот, как материя в становлении, положен конец бесчисленным исследованиям, вносящим путаницу в вопрос об отношении между духом и материей.

Нет необходимости и в дальнейших доказательствах того, что подобная точка зрения ведет к значительно более высоким понятиям о сущности и достоинстве материи, нежели все остальные теории, в том числе, например, атомистическая, согласно которой материя состоит из атомов; при этом упускается из виду, что тем самым мы ни на шаг не приближаемся к подлинному пониманию ее сущности, ибо сами атомы — также только материя.

Априорно выведенная конструкция материи дает нам основу для общей теории явлений природы, с помощью

которой мы, надо надеяться, избавимся от разного рода гипотез и вымыслов, столь необходимых атомистической физике. Прежде чем действительно приступить к объяснению какого-либо явления природы, сторонник атомистической физики вынужден принять множество предпосылок, например, о наличии различных материй, которым он совершенно произвольно и бездоказательно приписывает множество свойств, исходя только из того, что ему для объяснения нужны именно эти, а не иные свойства. Поскольку нет сомнения в том, что с помощью опыта пог следние причины явлений природы никогда открыты не будут, остается либо вообще отказаться от возможности их познать, либо прибегнуть к вымыслам, как это делается в атомистической физике, либо, наконец, установить их априорно, что и является единственным источником знания, которым мы располагаем помимо опыта.

Авторы: 1379 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги: 1908 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я