• 5

2. ПРИЧИННАЯ ТЕОРИЯ ВРЕМЕНИ

Одним из следствий обращения нашего ощущения

раньше-позже должна явиться перемена мест причин

и действий. На самом деле действующие причины долж-

ны казаться превратившимися в целевые причины, что

окажет серьезное влияние на научное исследование. На-

пример, вместо того чтобы камень падал на Землю

вследствие того, что я разжал руку, камень должен

взлететь вверх, для того чтобы я erq схватил. Незави-

симо от того, согласны мы или не согласны с общепри-

нятой современной точкой зрения (отличной от аристо-

телевской доктрины телеологического объяснения), за-

ключающейся в том, что физический мир доступен для

исследования только благодаря изучению áдействующих

причинâ, мы все прекрасно сознаем наличие тесной

связи между последовательностью времени и причин-

ными процессами.

Идею о наличии этой связи разработал Юм, пытав-

шийся свести причинный порядок к временному порядку.

Согласно его точке зрения, единственным в'озможным

признаком причины и действия является их áпостоянный

союзâ, неизменное следование одного после другого.

, К сожалению, этот признак не является ни необходи-

мым, ни достаточным. Мы можем в одной комнате по-

весить двое часов с боем и всегда слышать, что одни

часы будут бить раньше других; но это не обязательно

означает, что между ними имеется какая-либо причин-

ная связь. Поэтому условие Юма не является достаточ-

ным. Покажем, что это условие не является необходи-

мым; рассмотрим для этого смерть Эсхила, который был,

по преданию, убит черепахой, упавшей на его лысую

голову с неба, потому что ее выпустил из когтей проле-

тавший над Эсхилом орел. Хотя в этом событии уча-

ствует неизменный закон природы (закон всемирного

тяготения), это необычное событие существенно зави-

село от своеобразного áначального условияâ, а именно

от' того, что орел выпустил черепаху в определенный

момент, в определенном месте, в результате чего судьба

Эсхила оказалась столь уникальной и неповторимой.

Или, например, рассмотрим разрушение Помпеи и Гер-

куланума. Вряд ли можно сомневаться в том, что оно

было обусловлено извержением Везувия в августе

79 года просто потому, что это конкретное стечение со-

бытий неповторимо. Следовательно, мы не можем при-

нять критерий Юма в качестве необходимого условия

причинности.

Эти примеры относятся к уникальным историческим

событиям. Но, с другой стороны, можно аргументиро-

вать тем, что в естественных науках мы занимаемся

повторяющимися последовательностями событий. Пред-

полагается, что если в разные моменты времени в раз-

личных местах эксперименты повторяются в одних и тех

же условиях, то будет получен один и тот же результат.

Так понимают содержание áпринципа причинностиâ.

Однако Филипп Франк ' показал, что этот методологи-

ческий принцип, строго говоря, работает только как

условное определение. Поскольку не ясно, на каком

основании мы можем быть уверены в том, что. рассма-

триваемый эксперимент был повторен точно при áтех

же самых условияхâ, Франк утверждает, что не суще-

ствует точного метода доказательства тождественности

условий, за исключением установления тождественности

результатов эксперимента. Следовательно, закон при-

чинности является просто правилом определения того,

что мы подразумеваем под выражением áпри тех же

самых условияхâ.

Вместо того чтобы попытаться свести причинный по-

рядок к следованию во времени, Плэтт2 предположил,

что наше интуитивное понимание причины и действия

нужно проанализировать с точки зрения биологического

процесса стимула и реакции. Рассматривая этот процесс,

он обращает внимание на жизненную важность усиле-

ния. Например, в сетчатке энергия попадающего на нее

светового сигнала может быть увеличена в тысячи раз,

для того чтобы вызвать единичную нервную реакцию,

приводящую в действие некоторое биологическое реле,

а после этого она может быть увеличена еще в тысячи

раз и проявиться в виде энергии моторной реакции.

Из-за этого усиления направление связи стимула и

реакции необратимо. Причина и действие асимметричны

во времени так же, как и наши усилители ощущений,

которые не могут излучать свою входную мощность, и

наши моторные усилители, которые не могут ответить

на свою выходную мощность. Необратимость нашего

сознания точно такова, как и необратимость наших уси-

лителей, и Плэтт делает вывод о том, что áвозможно,

что это мы и понимаем под направлением времениâ.

Таким образом, он, будучи далек от сведения причин-

ности ко времени, переворачивает проблему.

Идея сведения временного порядка к причинному

порядку, часто называемая причинной теорией времени,

первоначально была предложена Лейбницем ', но под-

робно была впервые разработана Кантом. Последний

указал, что мы обнаруживаем временной порядок, иссле-

дуя причинный порядок, который отличен от перцептор-

ного порядка. Так, например, в случае звука выстрела

удаленного от нас орудия и звука разорвавшегося по-

близости от нас снаряда мы выводим временной поря-

док из причинного порядка, а не из порядка восприятия

нами этих событий. Но, обосновывая свое утверждение

о том, что суждение об объективной последовательности

событий возможно только лишь с помощью причинного

суждения и, следовательно, необратимость времени со-

ставляется из необратимости причинной последователь-

ности, Кант столкнулся с трудностью, состоящей в том,

что наиболее эффективные естественные причины ка-

жутся имеющими место одновременно со своими дей-

ствиями. Поэтому он пытался утверждать, что мы

должны считаться не с течением времени, а с áпоряд-

комâ времени. áВремя между причинностью причины и

непосредственным действием ее может быть бесконечно

малым (так что они сосуществуют), но отношение

между причиною и действием все же остается определи-

мым по времени. Если шар, положенный на набитую

подушку, выдавливает в ней ямку, то как причина этот

шар сосуществует со своим действием. Однако я разли-

чаю их по отношению во времени диалектической связи

между ними. В самом деле, если я кладу шар на подуш-

ку, то на гладкой прежде поверхности появляется ямка;

наоборот, если на подушке (неизвестно почему) есть

ямка, то отсюда еще не следует свинцовый шарâ2. На

это можно возразить, что если причинная связь яв-

ляется мгновенной, то мы не можем также рассматри-

вать ее как направленную во времени.

Справедливость причинной теории времени была,

однако, в значительной степени подкреплена специаль-

ной теорией относительности Эйнштейна. Согласно этой

теории, временной порядок событий инвариантен (по от-

ношению к преобразованиям Лоренца) для различных

наблюдателей тогда и только тогда, когда рассматри-

ваемые события могут ' быть соединены сигналами, то

есть причинными цепями, которые áперемещаютсяâ со

скоростями, не превышающими скорость света в пустоте.

Лишь когда, видимо, не могут существовать причинные

связи (а следовательно, скорость распространения сиг-

нала может превышать скорость света в вакууме), то

временное следование двух событий может быть обра-

щено путем выбора наблюдателя, соответствующим

образом движущегося 2. В этом случае два события су-

щественно не определены в смысле установления между

ними временного порядка. Как подчеркивал Рейхенбах,

этот результат можно использовать для расширения

эйнштейновского понятия одновременности3, поскольку

мы можем определить любые два события, между кото-

рыми нельзя установить временного порядка, как одно-

временные. С этой точки зрения, отличной от точки зре-

ния Канта, одновременность исключает причинную

связь. Следовательно, классическая идея, согласно ко-

торой в каждом месте может быть одно-единственное

событие, одновременное по отношению к заданному со-

бытию (áздесьâ и áтеперьâ), была бы допустима лишь

в том случае, если бы не существовало конечного верх-

него предела скорости причинной связи, что противоре-

чит теории Эйнштейна.

Теория Эйнштейна существенна для нашего понима-

ния времени, поскольку она предполагает, что наблю-

датель отдает себе отчет о временной последовательно-

сти в своем опыте. Если мы хотим определить времен-

ной порядок через причинный порядок, а не ставить его

в зависимость только от человеческого сознания, мы не

1 По причинной теории времени не необходимо для этого на-

личие действительной причинной связи между двумя событиями во

временной последовательности. Для этого, скорее, требуется лишь

причинная связуемость, а не действительная причинная связанность.

можем определить направление причинности, то есть

отличить причину от действия, на языке, который пред-

полагает знание временного направления или осведом-

ленность о нем. Наоборот, мы должны найти некоторый

критерий, отличный от временного порядка, для того

чтобы провести между ними недвусмысленное различие

и избежать сведения одного к другому. Рейхенбах пред-

ложил метод, известный под названием áметода метокâ:

если EI является причиной Ег, то небольшое изменение

(метка) события Е1 связана с малым изменением собы-

тия ЕЧ, а малые изменения Е2 не обязательно связаны

с малыми изменениями события EI. Так, если мы обо-

значим звездочкой немного измененное (меченое) собы-

тие, то, согласно этому критерию, мы найдем, что

возникают лишь комбинации E\Et, Е\Ь<2, Е\Е?, а комби-

нация Е\Еч не возникнет. На основе этой асимметрии

Рейхенбах утверждает, что мы можем автоматически

вывести отношение порядка для £t и Ez, которое мы

'можем определить как временное отношение между

ними'.

На первый взгляд это кажется исключительно хитро-

умным определением. К сожалению, оно содержит

скрытую petitio principii, поскольку мы должны быть

в состоянии различать, можно или нельзя комбиниро-

вать ту или иную пару событий (с различными симво-

лами). Но если нам заданы лишь отдельные события

Ei, £2, E* и El, каждое из которых, по предположению,

может произойти, то как можем мы решить, какие соче-

тания допустимы, а какие нет? Мы будем вынуждены

молчаливо обратиться к временному рассмотрению.

Грюнбаум2 предпринял попытку спасти причинную

теорию времени, которую он рассматривает лишь как

частную или неполную теорию, путем замены метода

меток на принцип причинной непрерывности или близко-

действия. Он объясняет свое намерение спасти теорию

тем, что áтезис астрофизики (космогонии) и биологиче-

ской теории человеческой эволюции, согласно которому

наличие времени является существенной чертой физиче-

ского мира независимо от присутствия сознающего ап-

парата человекаâ, должен быть объяснен на основе за-

конов и свойств, которыми обладает мир независимо от

человеческого сознания. Если мы предполагаем наличие

понятия направления времени, принцип близкодействия

означает, что причинное воздействие не может достичь

удаленных точек до тех пор, пока оно не пройдет через

точки, расположенные ближе. Грюнбаум переформули-

ровал этот принцип так, что он не содержит представле-

ний, связанных с временем, и нашел, что его можно

использовать для определения понятия нахождения ме-

жду моментами времени; но, поскольку этот перефор-

мулированный принцип причинно симметричен, Грюн-

баум не может вывести из него направленный характер

времени. Отсюда он сделал вывод о том, что причинная

теория времени неполна и что она должна быть допол-

нена какой-то иной теорией.

Однако, на мой взгляд, основная трудность причин-

ной теории состоит в том, что сама сущность времени

заключается во временном следовании и поэтому любая

теория, которая старается объяснить время, должна пп

меньшей мере пролить некоторый свет на следующую

проблему:, почему все не происходит одновременно? Но

если существование последовательных состояний не

предполагается молчаливо, то временное следование из

теории получить невозможно. Так, в случае сферической

волны, порожденной точечным источником, мы связы-

ваем определенное направление времени с последова-

тельностью- положений волны по мере ее распростране-

ния вовне. Но если мы лишены чувства следования во

времени, мы не сможем отличить случай, когда эти по-

ложения волны образуют последовательность во вре-

мени (конечная скорость распространения волны), и

случай, когда они рассматриваются как одновременные

(бесконечная скорость распространения волны). В обоих

случаях можно сказать, что источник играет роль áпри-

чиныâ, поскольку его существование рассматривается

как необходимое условие существования волны, но это

причинное истолкование не должно давать нам права

делать какие-либо выводы относительно времени, если

мы не знаем о его существовании из независимых ис-

точников.

Авторы: 1379 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги: 1908 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я