• загрузка...
    5

§7. Создание и деятельность российской советской адвокатуры после социалистической революции 1917 г.

загрузка...

Февральская революция 1917г. породила надежду на демократизацию как российского общества, так и адвокатуры.

В Декларации Временного правительства от 3 марта 1917г. указывалось: "Временный комитет членов Государственной Думы при содействии и сочувствии столичных войск и населения достиг в настоящее время такой степени успеха над темными силами старого режима, что он дозволяет ему приступить к более прочному устройству исполнительной власти"1. В этой же Декларации провозглашалась полная и немедленная амнистия по всем делам политическим и религиозным, свобода слова, печати, союзов, собраний и стачек, отмена всех сословных, вероисповедных и национальных ограничений. Подкомитет по законопроектам Временного правительства готовил новый закон об адвокатуре России. Прогрессивным явлением деятельности Временного правительства было разрешение женщинам заниматься адвокатской практикой.

Трудно сказать, как фактически преобразовало бы Временное правительство адвокатуру в России, но период его деятельности был весьма коротким, и Великая Октябрьская социалистическая революция 1917 г., и последовавшая за ней диктатура пролетариата привели к уничтожению русской, так называемой "буржуазной" адвокатуры и лишению ее лучших традиций.

Многие адвокаты были уничтожены физически как представители враждебного пролетариату класса. Другие оказались в концлагерях. А оставшиеся на свободе были лишены права выступать в судах.

Главнейшей задачей Октябрьской революции было уничтожение и полное разрушение буржуазно-помещичьего государственного аппарата и создание нового - социалистического - государства.

Декретом о суде № 1 от 24 ноября 1917г. социалистическая революция упразднила все судебные учреждения российского буржуазного государства, наряду с ними - присяжную и частную адвокатуру. Этим же Декретом были созданы советские суды. В качестве защитников и обвинителей допускались все непорочные лица обоего пола, пользующиеся гражданскими правами. Вопрос о судебной защите решался именно таким образом, хотя специальной организации защиты создано не было.

Естественно, бывшие присяжные поверенные с тревогой встретили "Декрет № 1", требуя созыва Учредительного Собрания, освобождения арестованных членов Временного правительства и др.

В день опубликования Декрета о суде № 1-24 ноября 1917г. петроградские адвокаты обратились к населению с резолюцией по поводу переживаемого момента. 30 ноября 1917 г. состоялось собрание московских адвокатов. Оно также потребовало созыва Учредительного Собрания, передачи ему власти Советов, восстановления законности. Бывший в то время народным комиссаром юстиции П.И. Стучка писал, что адвокаты объявили восстание против Декрета, а Совет присяжных поверенных петербургского округа демонстративно исключил его, Стучку, из адвокатского сословия 1.

Не только адвокаты Петрограда и Москвы были недовольны революционными преобразованиями. 16 декабря 1917г. смоленские адвокаты на общем собрании приняли резолюцию, в которой говорилось: "...собрание пришло к единодушному решению продолжать работу суда и всех его органов, не считаясь с декретами и постановлениями Советской власти, в случае же применения силы прекратить всякую работу и уйти из суда всем чинам одновременно"2.

19 декабря 1917 г. была издана инструкция "О революционном трибунале, его составе, делах, подлежащих его ведению, налагаемых им наказаний и о порядке ведения его заседаний"1. В соответствии с этой инструкцией народным комиссариатом юстиции при революционных трибуналах образовались коллегии правозащитников, которые действовали наряду с общегражданскими обвинителями и защитниками.

Коллегии правозащитников создавались путем свободной записи всех лиц, желающих оказать помощь революционному правосудию, но нужна была рекомендация Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Согласно Инструкции от 19 декабря 1917 г., обвиняемый мог воспользоваться также защитником из числа лиц, присутствующих в зале суда.

Поскольку члены коллегии правозащитников выступали лишь по наиболее сложным уголовным делам, подсудным трибуналам, то ее вряд ли можно было считать адвокатурой. Всю иную юридическую помощь гражданам оказывали бывшие присяжные поверенные, присяжные юрисконсульты и другие лица, нелегально занимавшиеся адвокатской практикой.

Согласно этой инструкции при революционных трибуналах создавались коллегии правозаступников, а правозаступничество осуществлялось в формах общественного обвинения и общественной защиты. В коллегии правозаступников могли вступить любые лица, у которых было желание "помочь революционному правосудию" и представившие рекомендации от Советов депутатов. Инструкция предусматривала, что судебное следствие в революционных трибуналах должно было происходить с участием обвинения и защиты. В качестве защитника обвиняемый мог пригласить любое лицо (не обязательно из коллегии правозаступников), пользующееся политическими правами. И только в том случае, если обвиняемый не мог сам пригласить себе защитника и просил об этом трибунал, тот должен был предоставить ему такового из коллегии правозаступников.

Кроме того, согласно Инструкции в судебном заседании революционного трибунала могли выступить из числа присутствующих в зале один обвинитель и один защитник.

Первые российские суды решали дела, руководствуясь революционной совестью и пролетарским сознанием. В наказе Изюмского съезда местных судей от 20 декабря 1917 г. отмечалось: "В основу своего судейского изъявления полагать волю революционного народа, все правовые нормы, противоречащие революционной совести, не принимать во внимание... и руководствоваться единственно голосом этой последней. Судопроизводственные нормы признать и руководствоваться этими последними, поскольку они способствуют выяснению истины и не насилуют стороны в свободном волеизъявлении. Существующие уголовные нормы не только не удовлетворяют требованиям момента, но и не предусматривают гарантий революционной власти"1.

Государство считало необходимым массовое привлечение трудящихся к работе в суде. И поскольку граждане, участвующие в судах в качестве защитников, никакой иной юридической помощи не оказывали, то адвокатуры в точном смысле слова тогда не было.

На практике обвиняемые редко обращались к помощи защитников из коллегий правозаступников, прибегая к помощи бывших адвокатов, ибо коллегии правозаступников по существу являлись коллегиями обвинителей.

Об этом красноречиво свидетельствует выступление представителя Западной Сибири и Степного края на Всероссийском съезде областных и губернских комиссаров юстиции 21 апреля 1918 г.: "При революционном трибунале у нас существует коллегия правозаступников, в которую первоначально вошли члены коммунистической партии...

Лица эти в заседаниях трибунала выступают в качестве обвинителей. Обвиняемые всегда имеют своих защитников из бывших присяжных поверенных, их помощников и бывших членов судебного ведомства.

Как защитники, так и обвинители из публики выступают довольно часто, особенно защитники - подставные лица"2.

Шло время. Дела разбирались путано. И пролетарскому государству потребовалась новая форма организации защиты. Это было осуществлено Декретом о суде № 2 от 7 марта 1918 г. Он гласил: "При Советах рабочих, солдатских и крестьянских депутатов учреждается коллегия лиц, посвятивших себя правозаступничеству, как в форме общественного обвинения, так и в форме общественной защиты. В эти коллегии поступают лица, выбранные Советами рабочих, крестьянских депутатов. Только эти лица имеют право выступать в суде за плату".

Правозаступничество устанавливалось также в формах общественного обвинения и общественной защиты. В основу Декрета были положены поправки В.И. Ленина, касающиеся трех основных вопросов организации защиты:

1) при каком органе должны состоять защитники;

2) какой должна быть организация защиты и

3) кем комплектуются органы советской защиты.

В Декрете указывалось, что Правозаступничество является общественной функцией.

На основании Декрета о суде № 2 Советы депутатов трудящихся издавали "Положение о коллегии правозаступников". Плата за осуществление защиты определялась свободным соглашением с клиентом. В состав правозаступников вошло много дореволюционных адвокатов, часть из которых была настроена контрреволюционно. Это приводило к "злоупотреблениям", о чем народный комиссар юстиции Д.И. Курский отмечал: "Выяснилось в ближайшее же время, что при такой организации получился старый институт адвокатуры. Правозаступники открыли приемные, стали принимать клиентов, и возродилась адвокатура в самой нежелательной форме, туда попали маленькие люди, которые открыли лавочку и стали торговать правосудием"1.

Декретом предусматривалось, что члены коллегий правозаступников избирались и отзывались советами, при которых состояли коллегии. Каждый обвиняемый имел право сам пригласить себе защитника или просить суд о назначении ему правозаступника. Сохранялся порядок, согласно которому в судебных прениях могли выступить по одному обвинителю и защитнику из числа присутствовавших в зале судебного заседания.

Организация коллегий правозаступников на местах шла с большим трудом, так как представители уничтоженной адвокатуры всячески саботировали создание новых коллегий.

Кое-где бывшие присяжные поверенные пытались создать, в противовес новым коллегиям, свои адвокатские объединения, но новая власть на местах жестоко расправлялась с ними.

В отчете Тверского губернского отдела юстиции за 1918 г. указывалось: "Была попытка открытия и у нас в Твери юридического бюро, но ее сразу же мы пресекли, и участники этого бюро были преданы суду революционного трибунала, который и воздал им должное"1. Можно только догадываться, какая участь постигла строптивых адвокатов.

Еще дальше пошли в Вятской губернии. 17 апреля 1918г. Вятский общегубернский съезд Советов избрал коллегию правозаступников г. Вятка в количестве 11 человек. Каждому члену коллегии был положен ежемесячный оклад в сумме 500 рублей. Другим лицам, не являющимся членами коллегии правозаступников, запрещалось оказание юридической помощи населению под угрозой штрафа до 10000 рублей или лишения свободы до одного года2.

Адвокатура оказалась разрушенной, а "адвокаты - народные представители" не были готовы осуществлять в суде функции защиты и представительства. Уровень правовой культуры в судах резко упал, а защитники и представители попали в зависимость от местных властей.

Эта зависимость стала еще большей после принятия Декрета ВЦИК от 30 ноября 1918 г., утвердившего Положение "О народном суде РСФСР"3. Этим положением безоговорочно признавалось сохранение коллегий правозаступников, которые стали именоваться "коллегиями защитников, обвинителей и представителей сторон в гражданском процессе".

Ст. 40 Декрета устанавливала: "Для содействия суду в деле наиболее полного освоения всех обстоятельств, касающихся обвиняемого или интересов сторон, участвующих в гражданском процессе, при уездных исполнительных комитетах советов рабочих и крестьянских депутатов и при губернских исполнительных комитетах советов рабочих и крестьянских депутатов учреждаются коллегии защитников, обвинителей и представителей сторон в гражданском процессе".

Члены коллегии защитников фактически признавались должностными лицами и получали содержание в размере оклада, устанавливаемого для народных судей по смете Народного Комиссариата Юстиции (ст. 42).

Положение четко устанавливало, кто, кроме членов коллегии защитников, может быть защитником и представителем сторон в суде.

Согласно ст. 47 ими могли быть: близкие родные тяжущихся, как-то: родители, дети, супруги, братья и сестры, юрисконсульты советских учреждений по уполномочию их руководящих органов.

Обязательным участие защитника в уголовном процессе было тогда, когда дело по обвинению его рассматривал народный суд с участием шести народных заседателей, т.е. по делам об убийстве, разбое, изнасиловании, спекуляции, и в том случае, если по делу выступал обвинитель.

Контроль за деятельностью коллегий защитников возлагался на губернские отделы юстиции. Они должны были периодически проводить совещания членов коллегий, следственных комиссий и народных судей для единого направления их деятельности. Фактически же это означало полную зависимость адвокатуры от государственных органов в лице губернских отделов юстиции.

И органы власти были недовольны работой членов коллегий защитников, многие из которых боролись за свою независимость.

Поэтому народный комиссар юстиции Д.И. Курский в своем отношении в Президиум ВЦИК от 26 августа 1920 г. по поводу предполагаемых изменений в законодательстве, писал, что ввиду явной неудовлетворительности состава коллегий правозаступников, комплектуемых почти повсеместно из обломков буржуазной адвокатуры, а то и просто подпольных адвокатов, и при нежелании связывать себя постоянным участием в организации правозаступников со стороны действительно способных и могущих вести защиту прежних адвокатов и вообще юристов, представляется необходимым упразднить коллегии правозаступников, имевших к тому же тенденцию хотя бы в скрытой форме возрождать институт буржуазной адвокатуры с гонораром, самоуправлением и пр., перейти к привлечению лиц, способных вести защиту, в первую очередь выдающихся уголовных защитников из прежней адвокатуры на началах трудовой повинности 1.

В июле 1920 года на III Всероссийском съезде деятелей советской юстиции было высказано мнение о том, что коллегии обвинителей, защитников и представителей сторон себя не оправдывали. Они злоупотребляли доверием, получали высокие гонорары и т.п. В связи с этим В.И. Ленин в работе "Детская болезнь левизны в коммунизме", относящейся к 1920 г., писал: "Мы разрушили в России, и правильно сделали, что разрушили, буржуазную адвокатуру, но она возрождается у нас под прикрытием советских правозащитников"2. В.И. Ленин объяснял это тем, что комплектование правозащитников проводилось в основном из буржуазной интеллигенции.

Таким образом, была дана команда на уничтожение коллегий еще до внесения изменений в законодательство.

Коллегии правозаступников окончательно были упразднены Положением о народном суде РСФСР 1920 г3. Согласно этому же Положению были выделены из деятельности коллегий правозаступников функции обвинения.

Обвинители должны были состоять при отделах юстиции, а право назначения и отзыва обвинителей было предоставлено губисполкомам.

Ст. 43 Положения устанавливала, что в качестве защитников привлекались судебными органами граждане, "способные исполнять эту обязанность". Районные, городские и уездные исполкомы составляли особые списки кандидатов. Если лица, привлеченные судом в качестве защитников, состояли на службе, то они освобождались на время участия в процессе от своей основной работы с сохранением зарплаты. Лица же, привлеченные в качестве защитников и не состоявшие на службе, получали минимальную заработную плату, установленную для данной категории лиц.

В том случае, если суд не имел в списке лиц, подлежащих привлечению для защиты в порядке трудовой повинности, то в качестве защитников могли быть привлечены консультанты отделов юстиции и представители общественных организаций, в которых состоял обвиняемый. В гражданском процессе в качестве представителей сторон могли выступать, как и прежде, ближайшие родственники тяжущихся: родители, дети, супруги, братья и сестры, а также по уполномочию руководящих органов представители советских учреждений.

И хотя, как считали некоторые наши ученые: "Переход к защите в порядке трудовой повинности являлся временной мерой, просуществовавшей лишь до организации института советской адвокатуры"1, на самом деле период 1917-1920 гг. ознаменовался тотальным уничтожением русской адвокатуры, всего того прогрессивного и полезного, что было заложено в судебных реформах 60-х годов прошлого столетия.

Можно сделать вывод, что трудовая повинность в форме обязанности привлечения юристов к правовой защите, естественно, на практике оказалась непригодной.

В силу ряда причин после революции формирование новой адвокатуры было противоречивым. В государстве послереволюционной поры имели место серьезные отступления от законности. Так, в 1917-1922 гг. уголовную ответственность и судопроизводство устанавливали в России высшие органы государственной власти, органы государственного управления, суды, непосредственно население. Образовывались и действовали органы внесудебной репрессии.

Была существенно принижена роль права. В отдельные периоды юридическая профессия вообще, а адвокатура в особенности, не находила себе должного применения.

Многие бывшие присяжные поверенные были уничтожены физически. Кто-то погиб в годы гражданской войны, сражаясь в основном в рядах Белой армии. Некоторые умерли от болезней, находясь в концентрационных лагерях. Небольшому числу удалось эмигрировать за границу. За период гражданской войны численность адвокатов в России сократилась с 13 тысяч в 1917 г. до 650 к 1921 г.

Присяжным поверенным, оставшимся в России, пришлось сменить профессию. Например, бывший екатеринбургский присяжный поверенный П.П. Кронберг служил в иркутской опере дирижером под фамилией Орлов 1.

Те же из юристов, кто привлекался в 1917-1920 гг. к защите в качестве трудовой повинности, часто не имели необходимых знаний в деле защиты подсудимых, и такая защита, по существу, носила формальный характер.

В некоторых регионах страны коллегии правозащитников по характеру выполняемых ими функций и по организационному строению весьма близко подходили к адвокатуре. Например, Положением о коллегии правозащитников, утвержденным юридическим отделом Московского Совета рабочих и крестьянских депутатов 21.08.18 г., на коллегии возлагалась организация юридических консультаций для дачи устных и письменных советов, составления деловых бумаг. Они избирали свой руководящий орган - совет коллегии, издавали правила и инструкции, определяющие их деятельность.

Существенную роль также играло отсутствие материальной заинтересованности при осуществлении защиты в форме трудовой повинности.

Назрел вопрос о возрождении института адвокатуры. Тем более, что для выхода из глубокого социально-экономического кризиса в соответствии с новой экономической политикой необходимо было развивать экономику с элементами рынка. Для защиты же интересов предпринимателей, в собственность или пользование которых передавалась часть национализированной промышленности, также нужны были квалифицированные адвокаты.

IX Всероссийский съезд Советов принял специальное постановление, в котором указывалось: "Очередной задачей является водворение во всех областях жизни строгих начал революционной законности. Новые формы отношений, созданные в процессе революции и на основе проводимой властью экономической политики, должны получить свое выражение в законе и защиту в судебном порядке. Для разрешения всякого рода конфликтов в области имущественных отношений должны быть установлены твердые гражданские нормы.

Граждане и корпорации, вступившие в договорные отношения с государственными органами, должны получить уверенность, что их права будут сохранены. Судебные учреждения Советской республики должны быть подняты на соответствующую высоту"1.

В этот период стала вестись активная законодательная деятельность. Создается единая судебная система, и в первую очередь - народные суды, губернские суды и Верховный суд РСФСР. Они образовались вместо существовавших ранее революционных трибуналов и народных судов.

Частью судебной реформы 1922 г. была организация прокуратуры. Создание нового отраслевого законодательства, развитие договорных отношений в государстве, вступившем в этап новой экономической политики, объективно требовали создания профессиональной адвокатуры, такой, которая могла бы оказывать квалифицированную юридическую помощь, юридически грамотно защищать права и законные интересы граждан, предприятий, учреждений и организаций.

Авторы: 1379 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги: 1908 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я